Горючее — это то, что горит. Когда полиция запретила Лене идти дальше, она облила себя этим горючим и подожгла. Говорят — она мгновенно вспыхнула, и из–за сильного огня к ней не сразу удалось подступиться.

Наши журналисты знают, что это событие не надо обсуждать. У них существуют четкие инструкции, на чем надо сейчас концентрироваться. Например, на наших силах безопасности, которые в тяжелейших условиях, несмотря на «провокации поселенцев», не бьют последних и не мародерствуют в их домах перед телекамерами.

Впрочем, зря я так про них всех. Там немало хороших ребят и девушек. У них приказ. И они плачут, выполняя эту работу. Жаль только, что их не научили — и в этом виноваты мы все — когда есть проблемы, их надо решать, а не плакать.

Лена не могла пройти мимо несправедливости. Звонила, писала, обращалась ко всем, к кому могла. Я иногда подвозил ее и уговаривал: «Лена, ищите работу. Вы даже помогать сможете больше». «Потом, потом. Жалко времени. А денег еще есть немного».

По сообщениям доктора Койфмана из отделения реанимации больницы «Сорока» у Лены обожжено около 70% поверхности тела (ожоги 2–ой и 3–ей степени тяжести), и ее состояние расценивается, как крайне тяжелое.

Я не знаю, до чего должен дойти религиозный человек, до какой своей Масады, чтобы пойти на такой шаг. Я знаю, что Лене сейчас очень больно. Молитесь за нее. Даже, если вы не знаете, как именно это делать. Имя матери Лены — Бетя или в израильском произношении Батья. Наши мудрецы говорят, что с именем матери молитва сильнее.

Реакция на Интернете

Лену я знаю лично. Она святой человек.

•

Лена — еще одна еврейская жертва в том списке, который открыл Рабин, цинично назвавший их «жертвами мира». Приближается день праздника наших СМИ — десятая годовщина «убиения святого». Надо превратить этот день в день памяти погибшим и день сочувствия покалеченным в «мирном процессе» рабина–переса–сарида и процессе депортации шарона–ольмерта–мофаза.

•

Самоубийство запрещено Торой. Этого нельзя делать евреям.

•

Тора запрещает самоубийство от несчастной любви, от долгов и пр. А то, что сделала Лена — это не самоубийство, а настоящий «кидуш а–Шем» (освящение имени Вс–вышнего). Она Герой.

•

Нет, она не самоубийца! Она борец, а в борьбе иногда идут на самопожертвование и даже погибают. Пожелаем Герою выздоровления.

•

Действительно в 99.99% случаев самоубийство — это один из самых больших грехов. Но, как и всегда, есть исключения. В тех случаях, когда оно сделано не от отчаяния, а как шаг в борьбе за справедливость, как последняя попытка победить исполнителей воли сатаны — оно не только оправдано, но и поднимает душу такого человека.

Может быть, вы встречали Лену Босинову, знакомы с ней? Она всего несколько лет в Израиле. Мама ее умерла, и она жила в поселении Кдумим одна. Это поселение не подлежит депортации. По крайней мере, в ближайшее время. Сейчас ничего нельзя гарантировать. Лену не выселяли. Ей совершенно не требовалось ехать в Нетивот, пересаживаясь с автобуса на автобус, с каким–то горючим. Не знаю, с каким, не знаю когда и где она купила его. Было очень жарко, и вообще не лучшее время, чтобы идти в Гуш–Катиф.

¹ Др. Ефим Кельман, член объединенного штаба противников одностороннего отступления — русская группа.

Версия для печати